Мой род. Воронины и Зубаревы

После 2 курса Татьяна перевелась в железнодорожный институт связи.
22 июня 1941 года началась война, а уже с 30 июня гражданское население и студенты строили оборонительные сооружения и рвы на подступах к городу. 8 сентября началась блокада Ленинграда. Немцы бомбили и обстреливали город, уничтожили Бадаевские склады с большими запасами продовольствия. Начался голод. Пришла ранняя суровая зима с морозами. Не работало отопление, замерзли водопровод и канализация. Небольшие запасы тети Симы помогли Татьяне и Наташе впроголодь пережить зиму. 18 марта 1942-го сестер вывезли из Ленинграда по «дороге жизни».

Со многими лишениями и мытарствами Татьяна с 14-летней Наташей добрались до Иркутска, и далее, к отцу на Лену, в Грузновку. Наташа не выдержала всех лишений и в 1943 году умерла. Татьяна стала работать у отца техником-гидрологом. Инженером и заместителем начальника гидрометстанции работал тогда Зубарев Константин Максимович, мой отец. Беременная мною мама, техник-гидролог, не могла рубить метровый лед на Лене, и мои родители переехали в Иркутск к матери моего отца Зубаревой Капитолине Осиповне. Я родился в апреле 1945 года. Отец стал работать в геологической экспедиции, а мама — инженером Гидрометцентра.

Сын ленинградской блокадницы рос чахлым и несколько раз пытался умереть, но мама не дала. Врачи посоветовали везти сына в деревню, к молоку и сосновому воздуху. Так мои родители в 1951 года стали учителями в далекой, глухой деревне Савватеевка. Маленькая самодельная гидроэлектростанция давала тусклый свет до 12 часов ночи. С темнотой на окраине деревни выли волки, а весной, спасаясь от волков, в деревню забегали дикие козы. В утренние часы и часто вечерами уроки велись при керосиновой лампе. Учителей не хватало, и мои родители вели по нескольку предметов, для чего им пришлось учиться самим.

Савватеевка была одной из самых старинных деревень Иркутского района. Первые ее жители были выходцами с Вологодчины, которые еще в 17 веке вслед за казаками-первопроходцами пришли по рекам и селились около Братского и Илимского острогов. После появления Иркутска первые крестьяне переселялись с северных районов в южное Приангарье. Савватеевка была глухим местом, где компактно жили потомки первопоселенцев. У них сохранялся северный говор, одежды, обычаи вплоть до 60-х годов, и студенты-филологи ездили сюда для изучения этого. Учительница-ленинградка  воспринималась здесь невиданной жар-птицей, и самые способные ученики, получившие после образование, любили и помнили первую учительницу. В 50-е годы все жили бедненько, и мои родители держали свинью и кур. В 1951 году у моего деда Николая Ивановича начался туберкулез. Полгода лечения в иркутской больнице не помогли, и дед приехал в Савватеевку доживать последние месяцы. Он умер в марте 1953-го, и кончина его была тяжелой.

Родители рвались ближе к Иркутску и переехали в большое село Акинино-Баклаши, где была уже средняя школа. Мама вела по 30 часов математики, а отец преподавал географию и труды. Честолюбивая мама стремилась получить высшее образование и поступила заочно на 3 курс пединститута. Моя мать была живым, энергичным человеком и стала хорошим учителем, каких любят школяры. В те годы учителя работали ради знаний, и потому дополнительные занятия после уроков были нормой, не предполагавшей дополнительной оплаты. Помню, как поздно вечерами, после занятий и педсоветов, родители приходили домой уставшие и голодные, а я варил им картошку. Вечером мама кляла проклятущую учительскую долю, а утром, отдохнувшая, с радостью шла в школу снова. Даже я, мальчишка, замечал, как моя мать заметно отличается среди учителей широким кругозором, правильностью речи, образом мыслей.

Лучшие ее ученики, став взрослыми, долго помнили любимую учительницу, поддерживали отношения, писали письма. Двое ее учеников из глухой Савватеевки стали видными людьми. Александр Савватеев стал начальником отдела Министерства угольной промышленности СССР, а Владимир Булгаков стал полковником Генштаба, начальником отдела космической разведки страны. В конце 80-х он приезжал в Савватеевку и заезжал к нам, чтобы повидаться с мамой. Сохранились его письма к ней.

Pages: 1 2 3 4 5 6 7 8