Черемховский заезжий двор

Наш «Черемуховый фестиваль» — и последний, уже седьмой, и предыдущие, — четко обозначил: Черемхово — территория притяжения в Прибайкалье. То есть, такова данность на сегодняшний момент. А раньше? Например, в прошлом веке? Да, мы знаем, мы помним: по советским меркам, город славился углем, но жители области знали его как Черембасс, во многом черный (кстати, некоторые приезжие до сих пор были уверены, что название города произошло от слова «чёрный»), такой себе работяга в шахтерской спецовке.

По сути, так оно и было. Кроме, правда, одного — черемховские шахтеры славились героизмом во все трудные и переломные для страны времена: завоевание Советской власти и ее защита, трудовая доблесть во время Великой Отечественной войны, достижения шахтеров в мирное время. Кроме того, несмотря на такое впечатление города-трудяги, Черемхово всегда был известен своей культурной жизнью: театр, драматурги, литераторы, художники…

Хорошо, а еще раньше? Например, в позапрошлом, а может, еще глубже — в восемнадцатом веке? И вот тут мы вплотную подходим к самому главному фактору, обеспечившему не только появление, но и дальнейший рост поселения, неважно как оно называлось: Черемховский станец, село, а потом и город Черемхово. Важно то, что все эти названия имеют один корень: черем — (кстати, именно так современные юные жители сокращает название своего города Черемхово). Ну и, нам ясно, что в основе всей нашей топонимики — любимейшая черемховцами ЧЕРЕМуха.

Ну и что, скажете, ну и что? Тракт большой, и трактовых станций на нем было множество. Да нет, не все так просто. Исторически заселение Восточной Сибири (имеется в виду территория нынешней Иркутской области) происходило с севера, так, как двигались русские люди в 17 веке по рекам сверху вниз: по Енисею, затем по Ангаре и ее притокам. По пути обозначая фортификационные участки острогами, острожками и зимовьями. Которые затем (если исторически повезёт) разрастались и становились уверенными поселениями. Собственно, освоение края было оправдано при следующем условии (не считая политических и экономических задач): русские поселенцы должны были кормить себя сами. Ну, не из европейской же части России хлеб в Сибирь возить!

Музейная ремарка

Во-от, потому и стали государственные крестьяне пашню пахать и сеять рожь там, где и жили. А это — северные территории нынешней Иркутской области. Но мы же понимаем, что такое север. Это холод, очень ограниченное время для сельхоз. оборота и, вообще, зона рискованного земледелия. Потому, уже в первой половине эпизодически, а к середине восемнадцатого века — уже массово, началось переселение на южные, более теплые и равнинные места, более пригодные для хлебопашества.
Так и стали заселяться места по притокам Ангары, ближе к югу Байкала, — Белой, Булаю, Ирети и более мелких речушек, например, нашей (тоже приток Ангары), называемой в 17-м веке Черемховым ручьём, в 18-м — Черемховкой, а с 19-го — Черемшанкой.

А наша Черемховская земля стала неким центром во всей Восточной Сибири по густонаселенности. А все почему? Потому что места были хорошие: просторные да урожайные. Те, кто первыми здесь поселился — не менее тридцати гектаров целинных земель осваивал, отсюда и доходы старожилов. Правда, необходимы были еще и рабочие руки, потому главным для крестьян была семья, количество сыновей и, вообще, работящей родовЫ.

Историческая справка

В Иркутской губернии концентрация населения в трактовых селах была выше, чем на трактах Западной Сибири и Енисейской губернии, средняя численность на одно селение по Московско-Сибирскому тракту превышала среднюю численность в вышеуказанных губерниях и по числу хозяйств, и по числу жителей.
В 1897 г. на Московско-Сибирском тракте в Иркутской губернии от границ Енисейской губернии до г. Иркутска располагалось 41 селение с 43 643 жителями3*, т. е. на один населенный пункт в среднем приходилось по 1064 жителя. На этом пути располагались еще и 35 заимок, на тракте и в 1-2 верстах от него, с 1539 жителями, т, е. в среднем по 44 чел. А в Черемховской волости Балаганского уезда на тракте насчитывалось 26 таких заимок.

Ну, а чем на тракте жили? Конечно, гоньбой, государевой почтой и обслуживанием проезжающих. Для всех них, пока менялись лошади, была возможность и самим отдохнуть.

Государственный служащий, писатель, историк и переводчик Алексей Иванович Мартос, проезжая в начале декабря 1823 года через Черемхово, отмечал:

«Жители здешние любят хлебопашество и занимаются извозом купеческих товаров; они обыкновенно берут кладь на Кяхте, в Иркутске, и везут ее до Томска, где сменяют их другие извощики; последние уже идут до Тюменя».
«В Черемхове мы провели несколько часов в доме одного крестьянина, которой по своему устройству, чистоте, красивым разостланным коврам, может быть предпочтен многим помещичьим усадьбам, кои мне доводилось видеть».

Сравнив впечатления от посещения Черемховской и Мальтинской станций с увиденным им в Европейской части страны, Мартос писал:

«Сибиряки, – подумал я, знают жить лучше, приятнее Русских, – но не оттого ли, что они очищенное поколение утонченных пращуров?».

В трактовом селе Черемховском для проезжающих состоятельные крестьяне-первопоселенцы, крупные держатели ямщины и купцы имели на главной Большой улице Постоялые дворы. Среди них известны постоялые дворы купцов: Чемесова, Изотова, Жернакова, Черепанова. Однако в Черемховском более распространены были Заезжие дворы – для проезжающих и для приезжающих на базар крестьян окрестных деревень, куда можно было заехать с возами и лошадьми, где все было по-простому и без претензий.
К 1897 г. в с. Черемхово было 19 постоялых дворов.

---

Самое последнее значимое событие в истории трактового села Черемховского произошло незадолго до закрытия тракта, 25 июля 1891 года.

Из Памятной записи по церкви и приходу Клировой ведомости Казанской иконы Божьей матери церкви с. Черемхово:
«… село Черемховское проездом в С.-Петербург изволил посетить Его Императорское Высочество Государь Наследник и Великий Князь Николай Александрович. Местный причет по чиноположению выходил для встречи его Высочества за церковные врата. По отъезду Его Высочества из села началось молебенствие о дальнейшем Его благополучном путешествии».

Именно при описании этого события мы впервые подробно встречаем рассказ не только о встрече, ямщицкой истории, но и упоминание самого известного в селе Черемхово постоялого двора.

Это дом Иннокентия Николаевича Чемесова (Чемезова). Историю своего прадеда представил на музейной Научно-практической конференции по родословию его правнук, живущий в Черемхово. Она размещены у нас на сайте здесь.

Но готовится к печати и другой рассказ бывшего черемховского жителя, ныне иркутянина — Виктора Иннокентьевича Огородникова, о том, как его прадед, знаменитый черемховский ямщик Степан Капитонович Огородников, самого будущего Императора, Цесаревича Николая Александровича, из Черемхово в Кутулик вез. Но мы позволим себе приоткрыть страницу будущей публикации, чтобы познакомиться с описанием именитой усадьбы Чемесова.

Встреча Наследника Цесаревича в Черемхово, 1891 год
Широкие ворота двухэтажного дома Чемезова распахнули, и стоявшие через дорогу люди смогли увидеть выстланный заново тесом двор, накрытый расшитой белой скатертью стол и сверкающий, начищенный до блеска, самовар, а рядом – блюда со снедью, конфетами и, конечно, с традиционным караваем. В глубине двора толпились в томительном ожидании почетные лица села Черемхово и священнослужители.

Ну а теперь — уже к нашим гостям, современным, которые нынче к нам, на Черемуховый фестиваль прибыли. А останавливались, как водится, в нашем дворе Постоялом, музейном.

---

Pages: 1 2 3 4 5