Бессмертный полк,  Бессмертный полк К

Комаров Иннокентий Алексеевич

Из воспоминаний сестры, Комаровой Галины Алексеевны
(мама Комаровой Елены Леонидовны)

Кена был мой любимый брат. Мы росли вместе, потому что были погодки. Он был умным, ироничным, творческим. Когда Кешу забрали на фронт, он вначале был в запасных полках, их, сибиряков, собирали и готовили для решающего удара (вероятно, для Сталинграда). Тогда еще он писал письма и говорил, что вот-вот уже должны направить на линию фронта. Мама (бабенька — как принято в нашей семье -прим. Е.Л.Комаровой) собрала Кеше на фронт посылку: зажарила большого откормленного гуся и кисет саморощенного резаного табака. Долго не было никаких известий, и вот пришло письмо с фронта, но написал его не Кена, а его товарищи. Они писали:
— Здравствуйте, мамаша. Мы однополчане Кеши. Получили вашу посылку, гусь, конечно, в дороге испортился, пришлось его выбросить. А вот табачок ваш выкурили за Кешу и ваше, мамаша, здоровье, с удовольствием. Спасибо! Хотим вам сообщить, как погиб наш друг и ваш сын. Мы подошли к Волге, надо было переправляться на другой берег. Но нас было очень много, и днем бомбили, было опасно. Потому переправлялись ночью. Были вместе на одном плоту. Тут началась бомбежка, взрыв — все осветило, и мы увидели, что Кеши рядом уже нет. Видимо, его моментально задело осколком, и волной смыло. Вот так он погиб.

Из воспоминаний старшего брата, Петра Алексеевича Комарова
(рассказал его старший сын, Комаров Николай Петрович)

Когда прибыли под Новосибирск, на станции была огромная площадка, там собирались перед отправкой на фронт запасные сибирские полки. Огромная масса народу там скопилась. Мы вышли из эшелона — несколько тысяч солдат было, смотрю — все в одном месте собрались, и гогот оттуда раздается. Ну, мы все тоже туда стали подходить. Вдруг слышу — что такое? — Кенкин голос. Неужто брат? Стал протискиваться в центр толпы, гляжу — точно, он. Стоит в центре этого круга и анекдоты травит. Все вокруг каждое слово его ловят и ржут. А он как настоящий артист, и паузу держит, и интонацию. Чего же тут удивительного — это же Кенка!
Вот у Твардовского есть поэма «Василий Теркин», мне кажется, это как раз наш Кена и был.

Каким он запомнился односельчанам.
Рассказывает племянница, Елена Комарова

В 2007 году мы посетили родовые места с поисковой экспедицией для сбора материалов по истории рода. В Нижней Ирети встречались со старожилами села. Каково было наше изумление, когда оказалось, что здесь помнят не только бабеньку, Комарову Екатерину Алексеевну, но и ее сына, Комарова Иннокентия, жившего в Ирети до войны.
— Кену-то? Как же, конечно, помню, очень даже хорошо и ясно. Мы же все за ним гуртом ходили. Кена-то Комаров, он сказки сказывал.
— Как это — сказывал?
— А так: соберет вокруг себя ребятню и сказывает. А мы все, раскрыв рты, слушаем, каждое слово ловим. Он ведь как артист сказывал. И откуда столько знал? А может, сам придумывал. Уж больно великий выдумщик был Кена. Очень его все любили.

Skip to content